Единая карта петербуржца

Парадокс Штокбанта в действии

31.10.2013

Театр «Буфф» отметил своё 30-летие премьерой мюзикла по самой сказочной и одновременно самой смешной пьесе Уильяма Шекспира «Сон в летнюю ночь».

Появившийся на сцене перед премьерным показом Исаак Романович Штокбант с грустинкой сообщил, что театру «наверху» объяснили, что 30 лет — не юбилей и пышные празднования неуместны. А потом с присущим ему юмором и характерной улыбкой в усы 88-летний бессменный худрук отметил: «Боюсь, что на 50-летие театра не все смогут выйти на эту сцену». Умение с грустью повествовать о смешном и со смехом — о грустном можно назвать «парадоксом Штокбанта». Именно это умение и держит на плаву театр, вырастивший семь поколений актёров. В новом мюзикле, в котором молодые артисты труппы много и хорошо танцуют (особенно удался балетмейстеру Олегу Игнатьеву захватывающий танец в конце первого действия), отлично поют (правда, стихотворные тексты музыкальных номеров порой оставляют желать лучшего), блеснули и представители первого поколения театра «Буфф».

Поверить в существование леса, придуманного Шекспиром в пьесе «Сон в летнюю ночь», помогает «поросшая мхом» декорация в виде гигантского водоворота, раскрывающегося в зал. Выясняющих на этом фоне отношения Оберона и Титанию, царя и царицу эльфов, играет семейная пара — Евгений Александров и Ника Козоровицкая (величественности им не занимать обоим). Шестёрка бедолаг-ремесленников, затеявших в волшебном лесу репетицию спектакля про Пирама и Фисбу, — тоже сплошь «старики». Михаил Трясоруков, Мурад Султаниязов, Сергей Магиленич, Владимир Смилянец, Андрей Соловьёв и примкнувшая к ним в роли Скорлупы Елена Зубович заставляют публику, плохо представлявшую доселе Шекспира в роли шутника, ухохатываться от комичности персонажей, на изображение которых пошло немало буффонных красок.

Впрочем, и художник Яна Штокбант не пожалела красок на костюмы: тут есть и лимонно-жёлтая, и оранжевая, и голубая, и красная, и лиловая, и охра, и ультрамарин. На фоне белоснежных одеяний людей и волшебников горе-актёры выглядят олицетворением ярких и подлинных чувств. Когда же ткач Основа — Мурад Султаниязов становится ослом (белый каркас ослиной головы роднит его со «стерильным» миром эльфов), в которого влюбляется Титания, яркие чувства овладевают и публикой. Зрители заходятся от смеха и во время финального «показа» спектакля в спектакле, когда Фисба — Трясоруков, потрясая накладными лиловыми грудями, стенает от любви, Лев — Смилянец изображает грозность, а Пирам — Султаниязов словно про себя твердит нешекспировскую отсебятину: «Люблю работу, а вот зрителей… Хоть увольняйся!».

В праздничный вечер предписанная неуместность торжественности была с лихвой возмещена дружескими объятиями и морем цветов, за кулисами театра поднесённых коллегами: Вячеславом Полуниным, Владимиром Рецептером, Михаилом Левшиным и другими режиссёрами, актёрами и руководителями петербургских театров (зрители в количестве преподнесённых цветов не отставали). Не обошлось и без официальных поздравлений: так, в телеграмме министра культуры Владимира Мединского говорилось, что театр «Буфф» — «театр нравственного здоровья». Показавшееся было казённым выражение обрело смысл, когда в финале, по давно сложившейся традиции, на сцену вместе с актёрами вышли все, кто создавал премьеру, — художники, осветители, композитор, гримёры, репетитор-хореограф, помощники режиссёра и, конечно же, сам Штокбант, положивший в основу своего театра самое нравственное на свете чувство — любовь. О которой он и сделал новый спектакль.

Текст: Екатерина Омецинская

Невское время. 31.10.2013