Единая карта петербуржца

Лидируют комики

16.04.2014

Сказочно-романтический «Сон в летнюю ночь» стал удачным выбором для 30-летнего юбилея театра—праздника, коим без малейшего сомнения является Музыкально-драматический театр «Буфф». Неудачной оказалась музыка, специально сочиненная приглашенным для превращения шекспировской комедии в мюзикл Алексеем Яковелем. По формальным признакам — соотношение вокальных, танцевальных номеров и диалогов — новоявленная версия «Сна» — относится именно к жанру мюзикла, вот только нет в ней присущего подобного рода шоу блеска. И роли музыки, как преобладающего выразительного средства тоже нет. Поэтому музыка и драма, а соответственно, актеры «играющие» и актеры поющие находятся в положении заведомо неравном.

Либретто по мотивам пьесы Шекспира написано главным режиссером театра Исааком Штокбантом. Опытный мастер сохранил шекспировский «аромат» и искусно вмонтировал в фантастические реалии современный юмор. В качестве режиссера-постановщика Штокбант плетет, в унисон перипетиям сюжета, кружево легкой интриги, заставляет зрителя не только смеяться, но и удивляться. Удивляться хрестоматийному произведению не так-то и просто, однако получилось.

Неудачной сценографии, во всяком случае, когда за ее производство берется Яна Штокбант, в Буффе не бывает в принципе. «Сон в летнюю ночь» не стал исключением. Вместо леса — впечатляющих размеров спираль или же водоворот, поглощающий и — иной раз «переформатирующий» персонажей. Нереальной красоты небеса, зазывное мелькание лампочек, насыщенная яркость костюмов, и вот уже в омут с головой «летят» не только герои, но и сопереживающие им зрители.

Юмористические сценки связаны в первую очередь с группой ремесленников, репетирующих к брачной церемонии Герцога и Царицы Амазонок пьесу о несчастной любви Фисбы и Пирама. На этой «территории» вдоволь повеселились буффовские «старики» Мурад Султаниязов (Основа), Михаил Трясоруков (Флейта), Сергей Магиленич (Выдра), Владимир Смилянец (Бурав), Андрей Соловьев (Пигва) и плавно перешедшая с ролей ослепительных красавиц-героинь на роли характерные Елены Зубович (Скорлупа). Умопомрачительные «ужимки», подлинный драйв, ощущение импровизации, умелое укрупнение деталей и — ожидаемая награда — живая реакция зала. То есть по части «пороха в пороховницах» у когда-то первых (первый выпуск творческой мастерской И. Р. Штокбанта), а ныне обремененных почетными званиями — все в полном порядке. Их же молодым коллегам повезло значительно меньше. И это тот самый случай, когда хоть «из штанов вылези», но лепить образы приходится по лекалам популярной песенки «из того, что было». Вернее, есть. А есть, как говорилось выше, весьма слабый музыкальный материал, пытающийся рядиться в эклектические одежды, но напрочь, лишенный оригинальности и того, что называется, «компактностью» звука. Музыкальная драматургия живет по законам отличным от театра драмы, и феерическое «кушать подано», то есть искрометный выход в крошечном эпизоде, здесь невозможен по определению. Потому что музыка — это не просто собрание нот, а переданные посредством этих нот чувственные характеристики, да и певческому голосу, даже для формальной демонстрации, требуется определенный музыкальный объем.

Получается, что вина за недостаточную выразительность любовной, лирической и романтической линий лежит не на режиссере, и не на молодых актерах, а на композиторе. Недописанное Яковелем актеры героически компенсируют личным обаянием. Кто-то даже «выруливает», но осадок остается, когда видишь нераскрытые вокальные и иные возможности. Например, прекрасной буффовской Элизе («Элиза» на музыку Владислава Успенского) Ксении Андреевой в партии Елены петь и играть практически нечего. У Андреевой полнозвучный сочный голос, органически «вытекающий» из ее женской и актерской природы, но вместо звукового «океана» он вынужден «довольствоваться» мелководьем. Красивого тембра баритон и счастливая внешность героя позволяют и исполнителю роли Тезея Вадиму Бурлакову создавать нечто более значительное, чем позволяет музыкальная фактура «Сна».

Впрочем, сомнений в том что «Сон» будет любим публикой, как-то не возникает: в спектакле слишком многое «сошлось» и «вытянуто» не благодаря, а вопреки музыкальному материалу. Вот только вспоминая связанное с именами Владислава Успенского и Виктора Плешака, триумфальное шествие мюзикла по еще старым (в здании на Народной улице) буффовским подмосткам, хочется верить, что и на долю нового поколения певцов-актеров выпадет настоящее музыкальное пиршество. Благо, современная реальность все еще богата на интересную композиторскую мысль.

Текст: Светлана Рухля

Невский Театралъ. № 4. 2014