Артем Яковлев: «Сцена – это бой»

01.03.2017

В последней премьере «Буффиков» — сценической площадки для маленьких зрителей Санкт-Петербургского музыкально-драматического театра «Буфф» — «Премиленькое королевство» молодой актер Артем Яковлев сыграл Принца. Правда, не вполне привычного, благо «скандинавская история с метаморфозами», как назвала свое детище режиссер Екатерина Соболева, открывала широкое поле для эксперимента. О том, как рождаются сценические образы, и о работе в театре и кино артист рассказал театральному критику Светлане Рухля.

Артем, принц ваш не совсем-то и похож на принца.

Но ведь разрывать стереотипы так интересно, особенно когда режиссер позволяет артисту думать! Вот я и придумал принца маленького роста с комплексом Наполеона и большим потенциалом (смеется).

Как лорд Фаркуад из «Шрека»?

Именно, о нем я и думал (улыбается). Ну ведь интересный же персонаж получился?

Более чем! Как и Фредди в мюзикле «Элиза» по «Пигмалиону».

Фредди — особая история. Это ведь была моя первая роль в «Буффе»! Спектакль ставил Исаак Романович Штокбант, он дал мне установку: «Прыгай, как мотылек!» Я и прыгал. Старательно. Но делать из Фредди дурачка, как это обычно бывает, мне не хотелось, и я изобразил его просто влюбленным молодым человеком, что было несложно, так как я сам был влюблен в тот момент в одну из наших актрис.

То есть состояние влюбленности было подлинным, его не надо было придумывать, оставалось только «транслировать»?

Пожалуй. Хотя нередко приходится и что-то придумывать. Так, играя себя в предлагаемых обстоятельствах, я добавляю черты характера, которых нет во мне, но которые должны быть у героя. Художнику Блэзу д’Амбрие («Блюз» К. Манье) добавляю нерешительности и неуверенности в себе; Милораду («L’amour по-сербски» по пьесе «Доктор философии» Б. Нушича) — лени и безответственности; кавалергарду Зиновьеву («Казанова в России» И. Штокбанта) — драйва и того, что называется «громко и весело».

Если припомнить все ваши роли, то для актера, окончившего институт в 2013 году — менее четырех лет назад, — список получается внушительный.

Когда актер поет и танцует, он становится более универсальным и получает больше возможностей, позволяющих раскрыться в различных областях профессии. Мне повезло, что я работаю в «Буффе», потому что в Петербурге нет второго театра, который так щедро одаривает молодого артиста. Здесь можно не только исполнить роль, но и спеть, сыграть на музыкальном инструменте, станцевать, поучаствовать в детском утреннике...

Два года назад вы ввелись на роль Блэза д’Амбрие в один из самых популярных буффовских спектаклей «Блюз». Спектакль-старожил заиграл новыми красками. Чем привлекательна история, рассказанная Клодом Манье, и что вы хотите донести через своего героя до зрителя?

Мне кажется, сама история очень подходит «Буффу», его эстетике и настроению. Она словно специально написана для нашего театра. И, конечно, очень многое держится на актерах, их энергии и обаянии. Говорю не о себе: у нас замечательная труппа. Пьеса Манье — о любви и о человеке, который запутался в жизни и отношениях, и мне очень хотелось бы, чтобы наши зрители, наблюдая за моим персонажем, научились избегать подобных ситуаций, не позволяли никому решать за себя и увидели, что рядом всегда есть поддержка и любовь, даже если их не сразу замечаешь. Блэз — моя первая большая роль и настоящий профессиональный скачок, повышение «планки». Несмотря на то, что спектакль чрезвычайно сложен и забирает много сил, я получаю колоссальное удовольствие от работы. Мне близок мой герой, и всякий раз, выходя на сцену, я переживаю за него так, словно сам попал во все эти передряги. А вообще сцена — это бой, занятие сложное физически и морально. Можно сказать, если ты не потеешь на подмостках, то и не работаешь.

В кино происходит что-то подобное? Вы ведь можете похвастаться, что сыграли молодого Иосифа Бродского, да еще и у самого Андрея Хржановского.

В кино много чего происходит (улыбается). Хвастаться не буду, но действительно сыграл поэта в юности в фильме «Полторы комнаты, или Сентиментальное путешествие на Родину», где родителей Бродского сыграли Алиса Фрейндлих и Сергей Юрский. И случилось это в тот момент, когда я совсем не помышлял об актерской профессии.

За первым фильмом последовал второй, третий и... выбора не осталось?

Почему же? Я был в школе не только «лучшим артистом», но и «лучшим химиком» (улыбается), так что выбор сделал самостоятельно и сознательно.

Но сама по себе профессия актера ограничивает выбор, так как зависима от режиссера, продюсера, того, наконец, как сложатся звезды. Хотя, к вам они явно благоволят. Помимо ярких работ в «Буффе», в вашем «послужном списке» есть инфернально-обаятельный Кот Бегемот в популярнейшем мюзикле «Мастер и Маргарита» на сцене «Мюзик-Холла», интересные «сквозные» роли в очень неплохих сериалах, опять же съемки в рекламе «Теле 2», благодаря которой вас каждая собака знает. А чего хочется для души и творческого роста?

(улыбается). По-хорошему, нужно, конечно от чего-то отказываться, но лично я пока соглашаюсь на разные проекты. Сегодня актеру приходится «продавать» себя, потому что, помимо театра, должен быть еще заработок в тех же сериалах или рекламе. Главное — выполнять свое дело качественно независимо от материала, потому что неважно, что ты делаешь, важно — как. А мечтаю я сыграть Хлестакова в «Ревизоре», поведав через классический текст историю о мыльных пузырях — людях, создающих вокруг себя ауру величия, а на деле являющихся пустышками. И сняться в хорошо «упакованном» музыкальном фильме типа «Стиляг». И вообще в хорошем кино, которое приводит в шок, как качественный арт-хауз, или заставляет смеяться до слез, как добрая классическая комедия, одним словом, вызывает душевный отклик.

Текст: Светлана Рухля

Infoskop. Март 2017